Россия, раздел: Общество

«Мы зависимы не от дозы, мы зависимы от людей»

Впечатляющая история обычного парня, который однажды выбрал не ту дорогу и попал в героиновые сети. Это интервью о том, что помогло ему выбраться из них и как сегодня он возвращается к обычной жизни, после пяти лет тяжелейшей наркозависимости.
Текст: Софья Чечулина
16 октября 2016 года в 18:21

— Здравствуйте, расскажите о себе.

— Здравствуй, меня зовут Алексей. Мне 25 лет. И я наркоман.

— Бывший?

— Если такое бывает.

— Как ты стал наркоманом?

— Мне сейчас кажется, что я родился наркоманом. Человеком, который просто не мог получать удовольствие от самой жизни. Жизнелюбие, душевные силы, любовь. Во мне этого не было. Мне нужна была обыкновенная радость. Есть счастливые люди, им это дано природой или семьей. Им не надо ни пить, ни нюхать, ни колоться, чтобы почувствовать себя важными, счастливым что ли. У меня этого не было.

— Судя по тебе, ты далеко не беден, да и само лечение требует достаточно существенных затрат.

— И? Есть множество людей, которым дано не меньше, чем мне. Но у них всегда было кое-что поважнее. Кажется, это называется семья. Они могли страдать от недостатка образования, от изъянов во внешности, дешево одеваться и покупать продукты исключительно по акциям. Но ведь все проблемы из детства, знаете. Детям мало одних денег. Людям мало одних денег. Мы ведь подыхаем без тепла и внимания, без участия. Байки о независимости ничего не стоят, никто не мечтает об одиночестве. Вот вам папа читал книжки в детстве? Мне не читал. Мы ведь зависимы от любви, от людей. Не от дури. Это уже побочный эффект, так сказать.

— Как все начиналось, в смысле, с чего ты начал?

— Тебе лучше не знать (смеется). Да банальная у меня история, Таких как я сотни, если не тысячи. Попробовал в одиннадцатом классе: приятель угостил травкой на вечеринке. Почему я не отказался? Не знаю. Хотел что-то доказать, видимо. Живем же один раз, ага? Ну, ты же знаешь, каково оно там, в одиннадцатом классе. Позже для меня началась и улица с ее «параллельной» системой ценностей.

— А почему ты перешел на героин? Ведь сейчас каждый знает, что героиновые наркоманы живут не более 10 лет.

— Когда жизнь давит на тебя и снизу, и сверху, когда тебя кидают самые любимые люди, когда ты завариваешь чай на две кружки, а в твою дверь все равно никто не стучится, на помощь приходит он, твой самый лучший друг — героин! Он лечит. Только лекарство это имеет массу побочных действий. После первого раза мне дико хотелось спать, я не мог открыть глаза. До этого я употреблял стимуляторы, от которых, наоборот, по нескольку дней не спишь, энергии море, настроение зашкаливает. Мыслей нет, эмоций нет, боли тоже нет соответственно. И я повторил. Еще и еще. Почти как любовь с первого взгляда, только это была любовь с первой дозы.

— Ты хотел всю жизнь прожить в кайфе? Ты мог представить для себя другое будущее?

— Эйфория длиться недолго. Передышки с каждым разом все короче, а муки — все хуже. Когда действие наркотика заканчивается, тебя колотит, выворачивает, ты отскребаешь себя от пола, очухиваешься в собственной рвоте. Как будто на теле у тебя множественные травмы и бесчисленные ножевые раны. И ты готов абсолютно на все, чтобы забыться. О том, чтобы что-то исправить, я даже не думал. В моей голове была одна мысль — найти дозу. Тогда ты уже не ловишь кайф, он просто становится необходимостью, он нужен хотя бы для того, чтобы встать с утра с кровати и сходить за новой дозой.

— Это как похмелье? Зачем же колоться, если удовольствия нет?

— У нас это называется кумар. Кайфа как в первый раз нет уже давно. Потом вся жизнь идет на то, чтобы только стать нормальным. Я тогда потерял практически все: тачку, электронику, все ценные вещи. И это, черт, друзей и семью тогда я тоже почти потерял.

— Кумар — это и есть ломка?

— Легкое недомогание называется кумарами и напоминает простуду. Затем кумары переходят в ломку. Разница между кумарами и ломкой примерно как между чистилищем и адом. И если ты хоть раз болела тяжёлым гриппом с лихорадкой, рвотой, поносом, сильными болями в мышцах, то просто умножь это состояние на 10 и мысленно продли дней на шесть. А потом прибавь дикие судороги, полнейшее отсутствие аппетита и чудовищную депрессию в течение ещё несколькихмесяцев. Если переживешь, у тебя есть шанс выздороветь. Но он невелик. И многие «переломавшиеся» начинают снова.

— Это дорого?

— Рано или поздно ты начинаешь употреблять много. И это становится очень дорого. Бывали случаи с «проколотыми» хатами, тачками. Наставал момент, когда любой из наших так или иначе переставал считать деньги в рублях, мы все переводили в эквивалент вещества. Т.е. ты считаешь не сотни и тысячи, а объем наркотика, который можно купить на эти деньги.

— Ты хочешь сказать что-нибудь тем людям, которые втянули тебя в это?

— Нет. Этим людям я абсолютно ничего не хочу сказать.

— У тебя есть девушка?

— Была. Я познакомился с ней в очередном притоне. Местная «торчушка», если хотите. У нее были неопрятные волосы, мешковатые футболки и непростая судьба. Но она была особенной. Она помогала мне контролировать себя. Что- то вроде свечки в темной комнате. От нее всегда исходил свет.

— А где она сейчас?

— Сгорела. Горела ярко, да сгорела быстро. Но я плохо помню тот день. Ведь к тому времени главная роль в моей жизни уже досталась наркоте. Я переживал по-своему. А потом пошел и вмазался. Хотел все забыть, но я не уверен, что у меня это получилось. Хотя, спорный вопрос. Ведь я ее, как это сказать, я от нее зависел.

— Ты ее любил?

— Это неважно теперь. Ведь я ее потерял.

— Что заставило тебя остановиться?

— Случилась тогда одна история. С девушкой. Я знал ее давно, еще в школе. Потом она вроде бы поступила на учительницу, сейчас не скажу точно. В общем, она связалась с местным нариком и залетела. Родила, а потом что-то совсем расклеилась. И лечиться стала, по-нашему. Один раз она сына где-то бросила, подробностей не знаю или не помню, я к тому времени сам сторчался окончательно, но похороны я застал. Да, малыш этот умер, и ему тогда на похороны кто-то детский костюмчик пожертвовал, а мать даже и до сих пор не знает, наверное, на каком кладбище похоронен ее ребенок. Я тогда домой пришел и что-то в моей голове перевернулось. Ну, знаешь, если уж материнская любовь погибла под иглой, то я вообще кем стал? Я не знаю, как так вышло. Чудо какое-то. Может, Ангел-Хранитель помог.

— Сегодня все по-другому?

— Да, думаю. Мне приходилось учиться жить заново. Завязывать шнурки, регулярно отмечаться в лечебнице, грызть витаминчики. Возвращаться к нормальной жизни, так скажем. Мое будущее еще не определено, но когда проходишь через все круги ада и у тебя, получается, вырваться оттуда, меньше всего хочется возвращаться обратно. Я пока еще не знаю, куда это приведет. Не пойми меня неправильно, я тоже хочу учиться, развиваться, я тоже хочу семью, но пока я в себе еще не уверен и не могу этого позволить.

— Тебе всего 25. У тебя все еще впереди.

— Возможно.

— Большое спасибо. Было очень приятно с тобой пообщаться. Не потеряй себя!

— Взаимно. И тебе спасибо.

Карта студента
безумные скидки за 99 руб.
Разборки
дискуссионный клуб
Кто ваш любимый президент?
© 1998-2017 МБУ «Молодежный информационный центр», «Агентство рекламы «Создатели». Все права защищены. 16+

Яндекс.Метрика